Заканчивается учебный год в Хабаровском Центре педагогической реабилитации. Для учителей и воспитателей это был год радостных событий, официального признания дела, которому они служат. Центр получил статус федеральной экспериментальной площадки, завоевал высшую награду - “педагогического Оскара”, грант Министерства образования, на его базе прошло Всероссийское совещание-семинар.
- Такой аудитории Хабаровск никогда не собирал, - говорит директор Центра Александр Петрынин. - Участники семинара были ошеломлены, их поразили не только технологии, методики, разработанные нашими педагогами, но они почувствовали дух, культуру, уклад Центра - то, что не хотят видеть чиновники. Это ведь невозможно уложить в рамки отчетов - что дети стали добрее, реже стали воровать, это процентами не измеришь…
Процентами, конечно, не измеришь, а ребята-то - вот они, в приюте при Центре, и у каждого своя непростая судьба, которая “до Центра” тащила их куда-то совсем “не туда”.
Сергей Грищук:
- Мне дома не нравилось, мамка меня била, приходилось убегать, бродяжничать. Меня ловили, возвращали, мамка меня на всю ночь в угол на колени ставила, однажды головой о шкаф ударила, я убежал опять. Попал я в детский дом. Там мне тоже плохо жилось, старшие пацаны били и не дали мне в детском доме основаться, пришлось убегать. Открылся новый детский дом, там нормально, никто не бил, но я сам сорвался, начал воровать, убегать. И меня отправили в спецшколу, а когда вышел срок, отвезли в Центр…
Алексей Мерзляков:
- Когда я в школе учился, мне ничего не понятно было, как они учат, как объясняют, я кричал там, бегал, курил, пил, дрался, вообще - жил просто так. Потом я начал вроде бы что-то на уроках понимать, но опять у меня не получалось - и все! Я из дому убегал, воровал, бродяжничал. И учителя предложили мне перейти в Центр.
А об Игоре Хилькевиче я уже не раз рассказывал. Жил мальчишка в прямом смысле слова на улице, в свои двенадцать лет ни читать, ни писать не умел, в Центр попал, можно сказать, случайно - в лагерь “Китеж” его из детприемника на лето отправили, а потом должен был Игорь идти в детский дом. Но педагоги Центра понимали - убежит Игорь из детдома. Добились разрешения оставить его в Центре, парень читать-писать научился, по два класса за один учебный год кончал…
Игорь:
- В этом году я пятый-шестой класс закончил, с успехом, конечно, сейчас вот начал в седьмом учиться. Трудно мне было в этом году, не все по программе понимал. Зато по столярке все понимаю, вообще, отлично. Сергей Михайлович сказал, что даст мне второй разряд. Когда конкурс деревообработчиков был, я на второе место вышел. Я не думал, что будет так, я хорошо пеналы делаю, табуретки, а там надо было черенки делать, а я не умел. Сергей Михайлович говорит: “Ты не нервничай, всю силу свою собери и сделай”. Я собрал всю свою силу и сделал. Так во всем надо, и я про себя уже точно знаю, что образование получу и в тюрьму не попаду, я не такой человек. А еще я к одной бабушке хожу помогаю, меня с ней Сергей Михайлович познакомил. Она одна живет в своем доме, у нее хозяйство, куры есть. Я подумал: “Плохо так, вот состаришься, а тебе никто не помогает”. Я ей воду ношу, уголь, у куриц убираю. Она мне как родная, я ее уважаю за доброту, что она ко мне хорошо относится, чем-нибудь угощает…
Сергей:
- Сейчас я думаю: что со мной было бы, если бы я в Центр не попал? Наверное, в колонии уже сидел бы. А почему я так жил? Может, потому нигде нормально прижиться не мог, что свободу люблю. Я боялся, что и в Центре свободы нет, что тут, как в заключении, жизнь, а все совсем не так. Взрослые не как надзиратели, а как родные ко мне относятся. Вот сейчас я школу кончаю и уже знаю: я не хочу бродяжничать, воровать, я сам для себя решил зарабатывать деньги.
Алексей:
- Я сначала в Центре себя как в школе вел: кричал-орал, капризничал, дрался, но меня не ругали, а вели разговоры и объясняли. И я начал учиться, и еще у меня появилось дело, которое нравится, - туристический кружок. Я стал понимать, что становлюсь взрослым. Сейчас школу закончу, в училище пойду. У меня уже нет того понимания, что все люди - враги. В Центре люди совсем другие.
И ребятки другими стали. Вот есть такая классификация школ: мероприятий, требований и отношений. Центр - это школа отношений. Каждый человек, считает Петрынин, это совокупность хороших и плохих качеств. “Плохие” чуть ли не сами собой развиваются - тем более, в сегодняшней нашей жизни. А о “хороших” в себе ребенок порой и не подозревает. Пока в Центр не попадет.
В биографии Сергея есть такой факт: однажды он украл деньги, чтобы купить коня. Для взрослых в этом факте главным было - “украл”. Для педагогов Центра - почему коня? Только им и смог Сергей объяснить: душа свободы просила! Сесть на коня и ускакать куда глаза глядят! Вот свободу - внутреннюю, когда в тебе видят не правонарушителя, а личность, Сергей и его друзья нашли в Центре.
Оказалось, что для этого совсем не нужно красть деньги и покупать коня.
