Буря мглою покрыла опять небеса.
То зверей, то детей слышу я голоса.
С горя кружку вина пожелал опрокинуть…
Где же кружка? В отчаянии рву волоса…
Мы хотим попросить у вас прощения. Часто, слишком часто, друзья, вы видите нас пьяными. Вы постоянно становитесь объектами наших обидных шуточек, наших запойных нападок. Бывает, в хмельном кураже мы можем оскорбить или даже дать волю рукам. Вечером и утром, в будни и праздники мы представляем непосредственную угрозу вашей доброй репутации, честному имени и моральным принципам. Не раз уже очередная непристойная выходка заставляла нас задуматься - почему мы такие? Возможно, это часть имиджа “самых пьющих сотрудников редакции” - положение, так сказать, обязывает. А может, виновата дурацкая жизненная позиция “после нас хоть потоп”. Но, скорее, объяснение таково: в каждом человеке сидит бес, и время от времени, когда утрачивается контроль, этот бес прорывается наружу. Короче, куда ни кинь - всюду клин. Поэтому если вы случайно встретите наши небритые, помятые хари где-нибудь на улице, в баре, в редакции или у себя дома - не обижайте нас, будьте терпимее к нашим выходкам, предложите нам кофе и, умоляем, не делайте резких движений…
Это была безумная неделя, согласитесь. Праздники выбивают из колеи, какими бы святыми они ни были. Наши же выходные начались гораздо раньше - посреди рабочей недели в баре “Таежный”.
“Таежный” расположен там, где раньше находился магазин “Дары тайги”, на улице Ленина. С “Дарами…” все понятно - там можно было купить кедровые орешки, пихтовое масло, компоты из дикоросов и иногда сохатину. А вот с баром понятно не очень. Единственным таежным блюдом можно считать разве что подогретые охотничьи колбаски. И то есть небольшая загвоздка: охотничьими они называются не потому, что их придумали или обожают охотники, а просто колбаски идут “в охоточку” (от слова “охота”, ну, та, которая пуще неволи). В остальном “таежность” бара смутно подтверждается лишь деревянными столами и большой площадью.
На Ленина мало баров, и “Таежный” не самый плохой из них. Здесь наливают водку, пиво и вино и дают закусить. По вечерам возможны пьяные танцы. Он наполняется часов этак с четырех дня. Мы попали в самый разгар - шумные компании из полузнакомых коллег, спокойная, как танк, барменша и забегавшаяся хорошенькая официантка. В весенний вечер Хабаровск сильно отличается от, скажем, Парижа - там плетут заговоры и делают детей, здесь - выпивают и закусывают квантум сатис.
Конечно, потом было все разбитые морды и сердца, потраченные деньги и время, невесть откуда взявшиеся приходные кассовые ордера и мокрые полотенца, оставшиеся в памяти раздача автографов и чьи-то грязные ботинки; стыд, раскаяние и похмелье придут завтра. Но будет уже поздно просить прощения. Поэтому мы предпочитаем заранее.
